Акын Акыныч: о гражданской позиции, народном творчестве, традициях и карантине
Присоединяйся:

Новости и объявления

Акын Акыныч: о гражданской позиции, народном творчестве, традициях и карантине

16 июля, 14:05

Акын Акыныч, он же Андрей Фендриков, известный в Алматы и Казахстане пропагандист и популяризатор казахского народного инструмента, выступил на днях с двумя социальными видеороликами. Первый — ко Дню домбры с импровизацией на песню Цоя и второй, записанный на фоне очереди в аптеку, сразу после прогремевшего в Нур-Султане фейерверка.

Не считая себя человеком политики, музыкант-импровизатор не может оставаться в стороне от происходящих событий. А мы беседуем с ним о сути акынов и путях выхода из депрессии в период затянувшегося карантина.

В своем амплуа

Акыны всегда реагировали на народные переживания и проблемы, поддерживая свой народ. А мы встретились с Андреем Фендриковым под открытым небом центра делового сотрудничества «Атакент», привычнее называемого алматинцами «выставкой», и первым делом он поблагодарил за то, что ему не был задан вопрос: «А где домбра?».

— Куда ни приду, где ни появлюсь, даже в магазине, меня сразу спрашивают о домбре, как будто мы сиамские близнецы и она должна врасти в меня.

— Не вросла?

— С детства с ней, но при этом не считаю себя виртуозом игры на этом инструменте, потому как ставлю перед собой совсем иные задачи.

— Какие же?

— Я все-таки больше популяризатор игры на домбре, и мне приятно осознавать, что мои выступления воздействуют на детей и у них появляется желание заниматься музыкой, сочинительством. Для меня важно не просто собрать лайков к своим «акынкам», а в результате своих выступлений что-то изменить в лучшую сторону. Потому не отрицаю факт создания резонанса в каких-то ситуациях. К примеру, импровизации по поводу контактных зоопарков в стране, злополучной ямы по дороге к БАО как-то повлияли в итоге на изменение ситуации... Возможно, иногда надо выходить в народ со своим принципиальным словом.

И шутит тут же, что если он выступил в защиту животных, это не значит, что теперь надо «вешать на него каждую собаку».

— Какие ощущения испытываете от самого процесса игры на домбре?

— Они сложные, потому что любое произведение передает какие-то духовные человеческие переживания, чувства, и когда ты их исполняешь, каждый слышит по-своему. Это отчасти медитативное переживание, трансовое, самогипноз и своеобразная терапия.

— Своему образу в тюбетейке и очках остаетесь верны?

— Да, они прикрепились ко мне. Очки выбирал специально по одной из ассоциаций с главным персонажем «Приключений Шурика», но в большей степени — по аналогии с героем фильма «Доживем до понедельника» учителем истории Ильей Мельниковым. Именно эта форма его очков мне напоминает персонаж, на которого всегда хотелось быть похожим. Он близок мне — типичный такой сомневающийся во всем интеллигент. И его фраза «Что у нас есть, чтоб отдать?» сидит во мне, и я каждый раз задаю себе этот вопрос.

Акынство в журналистике

В музыкальных энциклопедиях написано, что акыны — это поэты-певцы и музыканты в Казахстане и Кыргызстане, хотя само слово иранского происхождения первоначально означало духовное лицо, учителя, наставника. Только со второй половины 19 века акынами стали называть поэтов-импровизаторов. Ими слагались стихи, исполнявшиеся в речитативной манере (терме, желдирме) под аккомпанемент домбры.

Нельзя сравнивать творца с певцом, исполняющим песни на чужие стихи. Акын — всегда импровизатор, реагирующий на события, настраивающийся на одну волну со своей публикой, вещающий о том, о чем она хотела бы слышать, говорящий о том, что актуально. Акын может коснуться и политики, и социальных вопросов, сатирично высказаться по какому-то поводу.

Такие же функции на Руси и в Европе были у скоморохов и шутов. Первые нередко подвергались гонениям со стороны церкви и гражданских властей, вторым больше покровительствовали короли и знать, а меткие слова бродячих артистов запоминались и быстро разлетались по окрестностям. Если назвать это одним словом «акынство», то сам феномен можно считать частью самобытной культуры народа, элементом развития его творческой природы. Но если скоморохи и шуты исчезли с лица земли, то выступления акынов в культуре Центральной Азии остались злободневными.

— Тема акынства сама по себе интересна, — говорит Андрей. — Акын — персонаж, архетип, который мы находим и в европейской культуре в образе шута, в славянской — скомороха, но более живучим оказался он среди казахов. В России современной единственной для меня ассоциацией со скоморохом оказалась роль Ролана Быкова у Тарковского в «Андрее Рублеве». Это такой типичный скоморох, и шикарно показана его доля. И в казахских судьбах акынов я не нашел неприкосновенности, они тоже «огребали» за свою правду.

Для того, чтобы быть услышанными, акыны прибегали и к разного рода аллегориям, и к прямым высказываниям. Мы находим один из известных примеров влияния акына на судьбу героини романа Мухтара Ауэзова «Путь Абая», когда его песня о том, что девушку выдают замуж против ее воли, облетела каждую юрту и внесла сомнения в историю традиций.

А с Андреем мы договорились, в конце концов, до того, что теми же свойствами нести в народ слово, сатиру, особое мнение обладает и специфика профессии журналиста.

 

Про тои и праздники

— А праздник домбры, каким он должен быть?

— Его отмечать стали не так давно, с 2018 года, каждое первое воскресенье июля, и замечательно, что идет пропаганда казахской культуры, но у нас, к сожалению, часто подобное торжество превращается в очередную показуху, гротеск, пафос и растрачивание больших денег. А в то же время, и многие об этом осведомлены, в музыкальных школах, особенно на периферии, не хватает инструментов: разве не целесообразнее потратить деньги на их покупку? Вы тогда спросите — а что я сделал сам? Но у меня каждый день как праздник домбры, и есть идея записывать и проводить видеоуроки по обучению игре на домбре по казахским песням. Инструменты по возможности тоже закупаю для детей, к примеру, домбры для ансамбля народных инструментов школы для слабовидящих детей Алматы.

— Как относитесь к идее отменить тои?

— Мой основной заработок — это мероприятия, в которых работаю не только Акынычем, но и ведущим, и сейчас я, конечно, приуныл вместе со всеми. Да, согласен, что в период коронавируса не до тоев, но, когда говорят, что время тоев прошло, это звучит както пессимистично. Во-первых, это часть нашей культуры, и не только казахов. Никто же никого не заставляет тратить деньги на тои, дело-то добровольное, но когда людям хочется разделить праздник со всеми, а пусть даже и похвастать, если есть чем, то это их личное дело. Индустрия тоев у нас глубоко развита, и в ней имеет свой заработок огромное количество людей самых разных специальностей — от рестораторов, поставщиков продукции, организаторов ивентов, музыкантов, танцоров, певцов, звукачей, осветителей, флористов до водителей, дехкан, животноводов, клиринговых и других обслуживающих мероприятия компаний. Если сегодня запретить все массовые ивенты, миллионы людей в нашей стране останутся не только без работы, но и в беспросветном состоянии депрессии.

Карантинные картинки

— Как проводите время в карантине?

— Сначала вроде бы шло все нормально, я думал, что вот освободилось столько времени и я начну что-то новое создавать. Но ничего подобного не происходит — нет вдохновения, когда ты предоставлен только сам себе. Для меня эта остановка во всем стала тяжелым испытанием. В очередной раз понял, что как русский человек нуждаюсь в волшебных «пенделях», сам себя заставлять работать я не умею! Поэтому много времени ушло в никуда, например, на сериалы в интернете. Однако умудрился сделать несколько роликов по изучению казахского языка для YouTube — проект SoyleTube. Совместно с музеем искусств имени А. Кастеева сделали пару выпусков «Амбассадор культуры» тоже для YouTube.

— Как справляться с этими депрессивными состояниями — есть совет?

— Я, конечно, не психолог, но мне кажется, что самое главное — это переключение внимания и сравнение с кем-то. Мне, к примеру, это помогает. Я перевожу внимание на легкий спорт, на велике могу погонять, искусство опять же доступно всем. Даже простое рисование действует на любого как арт-терапия. А кому кажется, что он не имеет способностей к рисованию, существуют миллионы раскрасок — они тоже замечательно переключают мысли, моторику опять же тренируют, отключают от негатива виртуальной жизни. А сегодня в огромнейшем количестве появляются видеоуроки, обучающие программы, не требующие ни финансовых затрат, ни больших талантов, и можно найти для себя по вкусу и желанию много всего интересного и полезного независимо от профессии и образования.

И всегда можно сравнить себя с тем, кому хуже. Вот недавний случай. Азиз Заиров организовал сбор средств на покупку аккордеона для своего подопечного — незрячего парня Руслана. Азиз попросил привезти инструмент, но в результате я удвоил сумму, и мы купили Руслану отличный инструмент. Как только он получил подарок, сразу пришел в восторг. Этот человек умеет радоваться каждому дню. Разве это не пример? Стоит только посмотреть по сторонам. И у каждого всегда в жизни найдется то, чему можно порадоваться. А сейчас у нас год юбилея Великой Победы, и сам Бог велел сравнивать наши дни с тем тяжелым временем, которое не закончилось и после войны. Надо помнить об этом. Главный вывод — сравнение. И не только с теми, кто беден, состоятельные граждане тоже, возможно, завидуют простым, но имеющим здоровье, семейное счастье. Известная фраза «Богатые тоже плачут» всегда актуальна. У Андрея Дементьева есть такие строки: «Кто-то в гении выбрался, кто-то — в начальство, не жалейте, что вам не досталось их бед».

А эти новые для нас карантинные времена выявили очень многих людей, эффект лакмусовой бумаги сработал и поснимал маски с лиц. И да, верно, кто-то стал мыслить еще глубже, а тот, кто плевал на все, и в буквальном смысле, остался таким же. А хотелось бы глобального переосмысления человечеством главных ценностей...

Но — всем добра и домбра! Живите в мире и здравии!

Источник: mk-kz.kz

другие статьи